Гуманитарный экологический журнал. Т. 6. Вып. 1. 2004. С. 71-84.

Этические правила отношения к природе

Пол Тейлор

Если нравственная личность занимает позицию уважения к природе, она принимает систему нормативных принципов и обязуется их соблюдать. Эти принципы включают как стандарты добродетельного характера, так и нормы правильного поведения. Отношение уважения к природе воплощается или выражается в характере и поведении личности в той мере, в какой ее характер соответствует стандартам, а действия отвечают правилам. То, насколько человек признает этические требования, выдвигаемые этими стандартами и правилами, и считает себя обязанным подчиняться им, вполне можно считать тестом на искренность и глубину приверженности этим принципам.

Прежде всего, следует отметить, что излагаемые ниже правила – это принципы, выражающие различные типы долга. Эти принципы сами по себе не всегда точно устанавливают, что конкретная нравственная личность должна делать в данных конкретных обстоятельствах с учетом всех конкретных условий. Иными словами, правила долга говорят нам, какие общие виды действий мы морально обязаны осуществить или воздержаться от осуществления. Такое правило предполагает, что мы берем на себя обязательство совершить или не совершать конкретное действие данного вида, при условии, если нет другого, противоположного, долга, более важного и жесткого, а потому превосходящего данный. Однако при отсутствии такого противоположного долга правило четко определяет, как мы морально обязаны поступать или не поступать в данных конкретных обстоятельствах.

Если к данной ситуации приложимы несколько противоположных правил, то мы сталкиваемся с конфликтом обязательств. Следуя одному правилу, мы нарушаем остальные. И тогда мы не знаем, как нам следует поступить с учетом всех обстоятельств. Для того, чтобы решить, какое же действие мы должны совершить в данных обстоятельствах, нам нужно выяснить, какая из открытых для нас альтернатив имеет под собою самые весомые моральные основания, то есть мы должны знать, какое из обязательств, в данном случае противоречащих друг другу, имеет высший приоритет по сравнению со всеми остальными.

Это устанавливается путем упорядочения правил соответственно набору принципов приоритетности. На основе этих принципов мы можем вынести хорошо обоснованное суждение относительно того, какое именно обязательство, или долг имеет наибольший вес по отношению ко всем остальным в заданных обстоятельствах.

Если правила действующей системы этики охраны природы, или экологической этики, вступают в противоречие с правилами действующей системы человеческой этики, – это второй уровень конфликта обязательств. В таких случаях, если мы выполняем наш долг перед животными и растениями природных экосистем, мы не можем выполнить наших обязательств перед братьями по разуму, а выполняя последние, мы не можем сделать того, что требуется от нас для блага остальных живых существ. То есть, если даже мы и разработаем приемлемое упорядочение правил этики уважения к природе, нам все же придется принимать решение относительно того, каковы же приоритеты между нею и нашими обязательствами в сфере человеческой этики. Поэтому в ходе дальнейшей дискуссии нам следует помнить, что в определенных обстоятельствах долг нравственной личности перед людьми может оказаться более весомым, чем любое из обязательств, приводимых ниже. Тот факт, что наш долг – не наносить ущерба животным или растениям в природных экосистемах, не означает, что, с учетом всех сложившихся условий, мы вообще никогда, ни при каких обстоятельствах не должны совершать подобного. Он означает только, что мы не должны так поступать без веской моральной причины, которая превосходила бы то обязательство, от выполнения которого мы вынуждены были воздержаться. Такая причина может вытекать из принципов приоритетности внутри системы этики охраны природы или из приоритета более высоких принципов, превосходящих и экологическую, и человеческую этику.

Теперь я изложу и поясню четыре правила долга в сфере этики охраны природы. При этом я не намерен приводить исчерпывающее изложение каждого весомого долга этики уважения к природе. Вообще сомнительно, возможно ли полное перечисление таковых. Однако, как бы там ни было, я полагаю, что обязаности, приводимые ниже, включают те наиболее важные случаи, с которыми мы сталкиваемся в повседневной жизни. Далее, что касается принципов приоритетности, я считаю, что во всех ситуациях, не описываемых ясно или однозначно этими правилами, мы должны полагаться на наше отношение уважения к природе и биоцентрическое мировоззрение, которые совместно являются основой системы как единого целого и составляют ее суть. Правильные действия – это всегда такие действия, которые выражают нашу позицию уважения, независимо от того, охватываются ли они нижеприведенными четырьмя правилами, или нет. Кроме того, это должны быть действия, которые могут быть одобрены в свете различных компонентов биоцентрического мировоззрения.

Наши четыре правила имеют следующие наименования: (а) Правило “Не Навреди”; (б) Правило Невмешательства; (в) Правило Верности; (г) Правило Справедливого Возмещения Ущерба.

(а) Правило “Не Навреди”. Это долг не наносить никакого вреда или ущерба никакому существу в окружающей нас природной среде, имеющему собственное добро, или благо, само по себе. Он включает обязанность не убивать ни один организм, не разрушать популяции какого бы то ни было вида или биотические сообщества, а также обязанность воздерживаться от любых действий, могущих оказаться губительными для организма, популяции вида или биотического сообщества. Наиболее тяжелым злом в этике уважения к природе, пожалуй, следует считать нанесения вреда тому, кто (или что) не вредит нам.

Концепция “не навреди” понимается здесь только как неосуществление или намеренное воздержание. Это правило определяет отрицательную обязанность, требующую, чтобы нравственная личность воздерживалась от определенных видов действий. Оно не требует осуществления каких-либо действий, таких, например, как предотвращение возможного ущерба тому или иному существу или облегчение его страданий. Такого рода действия точнее подпадают под рубрику принесения пользы существу путем защиты его собственного блага или содействия ему.

Правило “Не Навреди” запрещает пагубные или разрушительные действия со стороны моральной личности. Оно не относится к поведению животных или деятельности растений, могущих принести вред другому живому существу или привести к его смерти. Предположим, к примеру, что мохноногий канюк внезапно атаковал полевую мышь и убил ее своими острыми когтями. Ничего аморального не случилось. Хотя поведение канюка и можно рассматривать как преднамеренное действие, оно не является действием моральной личности, а потому не подпадает под действие Правила “Не Навреди”. Канюк не нарушает никаких обязательств, поскольку он не имеет никаких обязательств. Рассмотрим, далее, виноградную лозу, которая постепенно, с годами, обвивает дерево и в конце концов губит его. Жизнедеятельность виноградной лозы, включающая и целенаправленные движения, но, конечно, не преднамеренные действия, – это не нравственный проступок. То, что лоза губит дерево, не может быть оценено с точки зрения морали, поскольку не является действием морального агента.

А теперь, для сравнения, рассмотрим следующий случай. Сокольничий ловит сокола-сапсана, тренирует его, учит охотиться, ловить и убивать диких птиц под его руководством. Здесь мы имеем человеческое поведение, направленное на управление и манипулирование живым организмом для собственного удовольствия – соколиной охоты, – наносящего вред другим диким животным. Совершается зло, – однако не соколом, хотя именно он совершает убийство, и хотя убиваемые им птицы являются его естественной добычей. Зло по отношению к этим птицам совершает сокольничий. Ведь не действия же сапсана нарушают правило долга, а действия того, кто сначала поймал его, держал в неволе, обучал, и кто теперь использует его для развлечения. Эти действия, следует добавить, нарушают также и Правило Невмешательства, поскольку сокола изъяли из его естественной среды обитания. Обратимся же теперь ко второму правилу долга.

(б) Правило Невмешательства. Под это правило подпадают два типа негативных обязательств: одно требует воздерживаться от каких-либо ограничений свободы отдельных организмов, второе касается общей стратегии “руки прочь” в отношении целых экосистем и биотических сообществ, так же как и индивидуальных организмов.

Что до первого типа обязательств, то свобода есть отсутствие ограничений, где ограничение есть любое условие, препятствующее нормальной жизнедеятельности и здоровому развитию животного или растения или затрудняющее их. Живое существо свободно в этом смысле, когда в его жизненной обстановке и деятельности нет ни одного из четырех видов ограничений, могущих ослабить, ухудшить или разрушить его способность успешно приспосабливаться к окружающей среде. Быть свободным – значит быть свободным от этих ограничений и свободно добиваться собственного блага (добра) согласно законам своей собственной природы. Ниже приведены четыре типа ограничений с примерами:

(1) положительные внешние ограничения (клетки; ловушки);

(2) отрицательные внешние ограничения (отсутствие воды или пищи);

(3) положительные внутренние ограничения (болезни; проглоченные яды или впитанные/поглощенные токсические вещества);

(4) отрицательные внутренние ограничения (слабость, недееспособность вследствие повреждения органов или мышц).

Мы, люди, ограничиваем свободу животных и растений, либо непосредственно налагая какие-либо их этих ограничений, либо внося такие изменения в среду их обитания, которые в дальнейшем действуют как ограничения. В любом случае, поступая сознательно подобным образом, мы виновны в нарушении Правила Невмешательства.

Второй вид обязательств, подпадающих под это правило, – это дать возможность всем диким живым существам жить на свободе. Свобода здесь понимается не как отсутствие ограничений, а просто как возможность вести существование в естественном, природном состоянии. Что касается индивидуальных организмов, это обязательство требует воздерживаться от их ловли и изъятия из естественной среды обитания, как бы хорошо мы в дальнейшем ни обращались с ними. Мы нарушаем правило невмешательства, даже если “спасаем” животных от естественной опасности или восстанавливаем их здоровье, если они заболели в природной среде обитания. (Это обязательство, однако, не нарушается, если мы совершаем подобные акции с намерением вернуть животное обратно в природу как можно скорее и выполняем это намерение.) Если, например, мы выкапываем молодые цветущие деревца, изымая их из природной экосистемы, и пересаживаем их в культурный ландшафт, мы нарушаем этим Правило Невмешательства, если даже мы в дальнейшем хорошо ухаживаем за ними, что позволяет им быть здоровее и жить дольше, чем они жили бы в естественных условиях. Мы совершили зло, не дав им возможности прожить свою жизнь на свободе. Во всех подобных ситуациях мы вмешиваемся в жизнь природного мира и прерываем существование организма как дикого существа. При этом не имеет значения, что наше обращение с ними может сделать их более крепкими, способствовать их росту, повысить их шансы на долгую, здоровую жизнь. Нарушая их статус дикого животного или растения, наше вмешательство в их жизнь означает полное отрицание их естественной свободы. Поэтому, какими бы “благодетельными” ни казались наши действия, мы делаем то, что Правило Невмешательства запрещает нам делать.

Однако еще более глубинной важностью обладает долг невмешательства в применении к свободе популяций целых видов или биотических сообществ. Запрет вмешательства в жизнь таких сообществ означает, что мы обязаны не пытаться манипулировать, “управлять” природными экосистемами, контролировать, изменять их или любым другим способом вмешиваться в их нормальное функционирование.

Для любой популяции определенного вида свобода – это отсутствие человеческого вмешательства в какие бы то ни было природные процессы, аналогичные законам природы, благодаря которым популяция сохраняет себя от поколения к поколению. Свобода для биотического сообщества в целом – это отсутствие человеческого вмешательства в какие бы то ни было природные процессы, аналогичные законам природы, благодаря которым все составляющие это сообщество популяции природных видов подвергаются изменяющимся во времени экологическим воздействиям со стороны друг друга. Долг невмешательства – это долг уважать свободу биологически и экологически организованных групп природных организмов, воздерживаясь от каких бы то ни было видов воздействия. Опять-таки, этот долг сохраняет силу и в тех случаях, когда вмешательство мотивировано желанием “помочь” выжить популяции того или иного вида или “исправить природный дисбаланс” в биотическом сообществе. (Попытки сохранить виды, находящиеся под угрозой исчезновения в результате почти полного истребления прошлым человеческим вмешательством в природу, и попытки восстановить экологическую устойчивость и равновесие экосистем, нарушенных прошлой человеческой деятельностью, представляют собою случаи, подпадающие под действие Правила Справедливого Возмещения Ущерба и могут быть этически правильными. Эти случаи будут рассмотрены в связи с названным правилом.)

Обязанность невмешательства, так же как и обязанность не вредить являются чисто отрицательными. Они не требуют от нас никаких действий относительно какого-либо индивидуального организма, либо группы организмов. От нас требуется только уважать их естественную свободу, оставив их в покое. Таким образом, как уже было сказано, мы позволяем им осуществлять свою собственную судьбу. Конечно, часть из них проиграет свою борьбу за существование в природной среде, другие пострадают от каких-то естественных явлений. Но что касается нашей роли как моральных существ, мы должны держать наши “руки прочь”. Строгим выполнением Правила Невмешательства мы демонстрируем наше глубокое уважение к целостности природных систем. Даже если целая экосистема серьезно пострадает от какой-нибудь природной катастрофы (землетрясение, пожар, зажженный молнией, извержение вулкана, наводнение, продолжительная засуха и т. п.), наш долг обязывает нас не пытаться исправить положение. В конце концов, в течение всей долгой истории существования жизни на нашей планете естественные катастрофы (“катастрофы”, собственно, с точки зрения определенных организмов или их групп) всегда собирали свою дань в виде гибели многих живых созданий. Ведь и сам процесс естественного отбора постоянно приводит к вымиранию целых видов. После таких катастроф всегда происходит постепенная перестройка, возникают и налаживаются новые взаимоотношения между популяциями разных видов. Воздерживаясь от вмешательства в этот порядок вещей, мы выражаем наше отношение уважения к природе, поскольку таким образом мы отдаем должное признание процессу эволюционных изменений, составляющих “цельный рассказ” о жизни на планете Земля от самых ее истоков.

Эта общая стратегия невмешательства составляет суть принципа нейтралитета, беспристрастности. Мы, возможно, захотим помочь популяции определенного вида, потому что он нам нравится или может принести пользу. Но Правило Невмешательства требует, чтобы мы отбросили наши личные предпочтения или человеческие интересы с учетом того, как мы к ним относимся. Наше уважение к природе означает, что мы признаем самодостаточность природного мира для поддержания собственного устойчивого порядка вещей на всем протяжении (как временнóм, так и пространственном) жизни на Земле. Этот подход диаметрально противоположен антропоцентрическому взгляду на природу как на большой кусок собственности, которой мы можем пользоваться по собственному усмотрению.

В определенном смысле занимать позицию уважения к природным экосистемам, ко всем диким живым существам, ко всему процессу эволюции – значит верить, что в природе все происходит правильно, природа не знает ошибок. Даже разрушение целого биотического сообщества или исчезновение вида не есть свидетельство какой-то ошибки или промаха. Если причины таких явлений – внутри самой природы, то ничего ненадлежащего не произошло. В частности, тот факт, что организмы страдают и умирают, не требует от людей каких-то корректирующих действий, если люди не имеют никакого отношения к причине, вызвавшей эти страдания или смерти. Страдания и смерть – неотъемлемые составляющие порядка вещей в природе. Поэтому, если в нашем современном мире целому виду угрожает неминуемая гибель, вызванная исключительно и только природными причинами, мы не должны пытаться приостановить естественную последовательность событий с целью спасения видов. Эта последовательность событий подчиняется действию законов, сделавших биотическое Сообщество нашей планеты тем, что оно собою сегодня представляет. Уважать это Сообщество – значит уважать законы, создавшие его.

Помимо этого уважения к самодостаточности и цельности естественного порядка вещей, Правило Невмешательства подразумевает и второй этический принцип. Это принцип беспристрастности нашего отношения ко всем видам, который служит как бы противодействием склонности людей отдавать предпочтение одним видам перед другими и пытаться вмешиваться от имени своих любимцев. Эта склонность проявляется по-разному. Во-первых, рассмотрим реакцию многих людей на отношения хищник-добыча в дикой природе. Наблюдая, как дикие собаки африканских равнин заваливают антилопу гну и начинают пожирать ее потроха, в то время как она еще жива, люди, конечно, испытывают сочувствие к жертве и антипатию к хищнику. Существует тенденция выносить какие-то моральные суждения, считать собак порочными и жестокими, а антилопу – невинной жертвой. Или возьмем ситуацию со змеей, прицеливающейся убить птенца в гнезде. Змея считается злобной, а птенец – не заслуживающим такой жестокой судьбы. Даже жизнь растений рассматривается под таким же пристрастным углом зрения. Люди начинают тревожиться о большом дереве, “удушаемом” виноградной лозой. И так далее до бактерий и вызываемых ими болезней: люди почему-то всегда принимают сторону организма, страдающего от болезни, а не относятся к ситуации с позиций живой же бактерии внутри пораженного ее организма. Однако, если мы разделяем биоцентрическое мировоззрение и относимся с подлинным уважением к природе, мы остаемся строго нейтральными как к хищнику, так и к его добыче, к паразиту и питающему его организму, к возбудителю болезни и организму, страдающему ею. Принимать чью-либо сторону в такой борьбе, размышлять о таких случаях в терминах морали – несправедливое обращение жестоких животных или опасных растений с невинными жертвами – значит отказываться от чувства уважения ко всем без исключения живым существам дикой природы. Это значит – считать, что благо одних имеет более высокую ценность, чем других. Это несовместимо с основополагающей презумпцией отношения уважения: все живые существа в природном мире имеет одинаковую, изначально присущую им внутреннюю ценность.

Принцип беспристрастного отношения ко всем видам логически связан с Правилом Невмешательства. Из него следует, что мы не должны вмешиваться в естественный ход событий, чтобы способствовать благу одних организмов за счет других. Особенно важно в практическом смысле то, что долг обязывает нас не вмешиваться от имени тех созданий, которые могут оказаться полезными для нас. Когда мы достигаем объективного представления о порядке вещей в природе в целом, согласно нашему биоцентрическому мировоззрению, то отвергаем точку зрения, ставящую человеческие интересы и человеческие ценности в центр всех соображений. Уважать природу, – значит быть готовым принять позицию каждого организма, независимо от вида, к которому он принадлежит, и рассматривать весь мир с точки зрения его блага. Ни один из них не вызывают у нас большей симпатии, чем остальные. В этом свете Правило Невмешательства может считаться воплощением морального отношения уважения к природе.

(в) Правило Верности.* Это правило касается только человеческого поведения по отношению к отдельным животным, находящимся в дикой природе, которые могут быть обмануты или преданы моральными субъектами. Обязательства, налагаемые Правилом Верности, хотя и в ограниченных пределах, так часто нарушаются столькими людьми, что правило это требует отдельного изучения как один из основополагающих принципов этики уважения к природе.

* Подробнее правило верности, разработанное П. Тейлором, описывается в предыдущем номере журнала (с. 73–77).

Под это правило подпадают обязательства не нарушать доверия, оказываемого нам диким животным (что ясно из его поведения), не обманывать, не вводить в заблуждение никакое животное, которое может таким образом быть обмануто или введено в заблуждение, оказывать поддержку ожиданиям животного, сформировавшимся на основании предшествующих действий личности по отношению к нему, и быть верным тем намерениям, которые стали понятны животному и на которые оно положилось или которым доверилось. Хотя мы не можем иметь взаимных договоренностей с дикими животными, мы можем поступать так, чтобы вызвать их доверие к нам. Основное моральное требование Правила Верности – чтобы мы не обманули этого доверия.

Самыми явными, самыми распространенными примерами нарушения этого правила являются охота, рыбная ловля, капканы. Ведь именно нарушение доверия является ключевым условием удачной охоты, особенно с ловушками и капканами, а также и рыбной ловли. Самое существенное здесь – обман с намерением нанести вред. Поэтому, несмотря на имеющиеся веские причины заниматься этими видами деятельности, они должны быть осуждены этикой уважения к природе.

(г) Правило Справедливого Возмещения Ущерба. В самых общих выражениях это правило налагает обязанность восстанавливать баланс справедливости между моральной личностью и моральным субъектом, если последнему был нанесен ущерб этой личностью. Во всех таких случаях, когда поднимается вопрос о справедливом возмещении ущерба, личность, как правило, нарушает одно из существенных моральных правил, подрывая таким своим действием баланс справедливости между собою и моральным субъектом. Признать совершение такого действия – значит признать особое обязательство, взятое на себя данной личностью вследствие совершения этого проступка. Это обязательство и есть справедливое возмещение ущерба, требующее предоставления компенсации моральному субъекту в той или иной форме. Таким образом личность восстанавливает баланс справедливости, существовавший между нею и моральным субъектом до того, как было нарушено правило долга.

Набор правил, составляющих действующую систему этики, определяет подлинно нравственные отношение между моральной личностью и субъектом морали. Если каждая моральная личность выполняет свой долг перед моральным субъектом, а к каждому субъекту, в свою очередь, относятся надлежащим образом, тогда никто не обижен, никто не подвергается несправедливости. Как только правило произвольно нарушается, баланс справедливости склоняется в пользу субъекта морали, против личности; то есть личность с этого момента несет бремя определенной ответственности, а жертва получает право на особые блага, поскольку совершение личностью несправедливого поступка принесло ей незаслуженную выгоду, а субъекту – несправедливый ущерб. Чтобы привести пошатнувшееся равновесие обратно к норме, личность должна в какой-либо форме компенсировать субъекту этот ущерб.

Обсуждавшиеся до сих пор в этом разделе три правила долга могут быть поняты как определяющие моральные отношения справедливости между людьми и дикими живыми существами в природных экосистемах Земли. Эти взаимоотношения существуют и поддерживаются до тех пор, пока люди не причиняют вреда диким животным, не разрушают мест их обитания, не ухудшают окружающую их природную среду; пока люди не препятствуют свободе животных или растений и общей экологической взаимозависимости и взаимодействию; и пока люди не обманывают доверия диких животных для собственной пользы. Именно таким образом люди могут своим поведением выразить отношение уважения к природе, и в то же время признать внутреннюю изначальную ценность, присущую каждому живому существу. Соблюдаются также принципы беспристрастности по отношению к каждому виду и равного отношения ко всем, так чтобы каждый моральный субъект был конечной целью сам по себе, а не средством достижения человеческих целей.

Далее, если моральная личность нарушает какое-либо из этих трех правил, она совершает несправедливость по отношению к кому-нибудь или чему-нибудь в природном мире. Такое действие нарушает равновесие между человечеством и природой, и на личности, совершившие это действие, налагается определенное обязательство. Это – обязательство, предусматриваемое четвертым правилом этики охраны природы, а именно – Правилом Справедливого Возмещения Ущерба.

Какие же специфические требования предъявляет это обязательство в конкретных случаях? Хотя для вынесения конечного суждения относительно того, какие именно компенсационные действия следует предпринять, необходимо знать подробные факты о каждом из таких конкретных случаев, мы все же можем сформулировать некие общеупотребительные принципы справедливости среднего уровня. Эти принципы следует рассматривать как определяющие требования возмещения ущерба при нарушении любого из трех правил. Во всех случаях компенсационные меры принимают форму того или иного содействия или защиты блага (добра) живых существ в природных экосистемах.

При разработке этих принципов среднего уровня нам будет удобно разграничить конкретные случаи в зависимости от того, какому именно моральному субъекту был нанесен вред. У нас есть три возможности. Действие, нарушившее Правило “Не навреди”, Правило Невмешательства или Верности, может нанести вред индивидуальному организму, популяции вида в целом или всему сообществу. Нарушения правил в любом случае наносят ущерб индивидуальным организмам, поскольку мы можем навредить популяции или сообществу, только нанеся вред отдельным организмам в них (снизив таким образом средний уровень благополучия популяции или сообщества в целом). Первая из рассматриваемых нами возможностей, однако, – это нанесение вреда отдельным особям.

Если организму нанесен вред, но он остался жив, то принцип справедливого возмещения ущерба требует, чтобы личность компенсировала этот вред, вернув данный организм в условия, в которых он может добиваться своего блага таким же точно образом, каким он мог делать это до того, как ему причинили несправедливость. Если это невозможно осуществить в полной мере, то личность должна способствовать благу организма каким-либо иным образом, быть может, сделав его физическую окружающую среду более благоприятной для его дальнейшего благополучия. Предположим, с другой стороны, что организм был убит. В этом случае, согласно принципу справедливого возмещения ущерба, личность обязана компенсировать в той или иной форме вред, нанесенный популяции и/или сообществу, членом которого был убитый организм. Это будет естественным распространением уважения от отдельного организма на его генетических сородичей и членов его экологического сообщества. Компенсация эта будет состоять в содействии благу данной популяции/сообщества или защите этого блага.

В качестве второй возможности рассмотрим такую возможность, когда целой популяции того или иного вида был нанесен вред в результате нарушения правил “не навреди” либо невмешательства. Типичная ситуация – когда значительная часть животных данного вида была убита из-за чрезмерной охоты или рыболовства на ограниченной территории. Одним из способов исправления причиненного зла представляется такой: виновные обязаны обеспечить постоянную защиту оставшимся особям данной популяции. Быть может, виновные могли бы внести средства в специальный фонд для приобретения данного участка земли и взять на себя ответственность за патрулирование данной территории во избежание человеческого вторжения.

Наконец, давайте рассмотрим такие обстоятельства, когда люди разрушили целое экологическое сообщество. У нас тут могут быть два типа случаев, каждый из которых требует той или иной формы возмещения. К первому типу относятся разрушительные действия, являющиеся злом не только потому, что они являются нарушением правил “не навреди” и невмешательства, они являются злом с учетом всех обстоятельств. Они не могут быть оправданы правилами ни экологической, ни человеческой этики. Ко второму типу относятся случаи, в которых действия требуются существенным правилом человеческой этики, хотя они и противоречат действующим правилам этики охраны природы. Даже если правило человеческой этики имеет больший вес, так что эти действия могут быть оправданы с учетом всех обстоятельств, все равно необходимо осуществить ту или иную форму возмещения на основе справедливости ко всем живым существам, имеющим изначальную внутреннюю ценность. Эта идея имеет силу также и в сфере человеческой этики.

Обязательство справедливого возмещения ущерба (как следствие Правила Взаимодействия) возникает в любом случае, когда нарушается одно из прочих правил человеческой этики. Даже если действие требовалось на основе более важного обязательства, к человеческому существу отнеслись несправедливо, и поэтому ему или ей следует компенсация. То, что такое действие было морально оправдано с учетом всех обстоятельств, не дает нам права игнорировать тот факт, что кому-то было причинено зло. Отсюда – справедливое требование возмещения. Таким образом, в этих наших рассуждениях, даже если разрушение биотического сообщества произошло вследствие исполнения требований человеческой этики, превосходящих правила этики охраны природы, возмещение нанесенного природе ущерба должно быть осуществлено в знак признания внутреннего достоинства того, что было разрушено.

Существует множество примеров того, как человеческая деятельность приводит к полному уничтожению биотических сообществ в природных экосистемах. Оправдано ли это действующими правилами человеческой этики или нет, но все такие действия подпадают под Правило Справедливого Возмещения Ущерба. Северный хвойный лес уничтожается во имя строительства курорта на берегу озера. Там, где была девственная пустыня с кактусовыми зарослями, осуществляется жилищное строительство. Яхт-клуб с пристанью заменил болотистый берег в зоне прибоя, где прежде кормились и взращивали потомство огромные множества моллюсков, ракообразных, насекомых, птиц, рыб, земноводных и млекопитающих. Луг, полный цветов, – как обычных, так и редких – уничтожается бульдозером, а на его месте вырастает огромный торговый центр. Склон горы полностью уничтожается открытыми горными разработками. Вместо прерии возникает зерновая ферма. В каждом из приведенных случаев, так же, как в неисчислимом количестве других, имеет место полное разрушение целых экосистем, ничем не ограниченное насилие над сообществами животных и растений. Сообщества, которые, быть может, существовали десятки тысяч лет, сметаются с лица земли за считанные недели или дни, а бывает – и за несколько часов. Какая же форма компенсации может восстановить баланс справедливости между человечеством и природой? Что можно возместить сообществу, более не существующему? Но так же, как и в случае с отдельным убитым организмом, невозможность исправить нанесенный ему вред не освобождает от обязанности каким-либо образом компенсировать разрушение чего-либо, имеющего изначальную внутреннюю ценность.

Если в случаях, подобных вышеприведенным, должно осуществиться Правило Справедливого Возмещения Ущерба, то какие действия требуются и по отношению к кому? Здесь напрашиваются две возможности. Одна заключается в том, чтобы предоставить компенсацию другому биотическому сообществу в экосистеме того же типа, как та, что была разрушена. Если это северный хвойный лес, то организация или лицо, виновные в его разрушении, в долгу перед сообществом другого хвойного леса: они должны каким-либо образом способствовать его благополучию или поддерживать его. Быть может, они должны восстановить частично поврежденный участок хвойного леса (убрать наваленный там мусор, очистить загрязненный людьми протекающий там ручей, остановить дальнейшие загрязнения в виде кислотных дождей или иных атмосферных осадков и т. д.). Другая возможность – предоставить такую компенсацию участку дикой природы в любом регионе, где природа находится под угрозой в результате чрезмерной эксплуатации или потребления. Компенсаторные действия должны быть предприняты во имя биотического сообщества в любом уголке Земли, которое может подвергнуться повреждению или разрушению в случае, если не будут приняты меры по его защите. Такими мерами могут быть приобретение соответствующего участка земли и придание ему легального статуса природного заповедника.

Предлагаемые принципы среднего уровня все вытекают из одного обширного Правила Справедливого Возмещения Ущерба: любая личность, причинившая зло или нанесшая ущерб какому-либо природному объекту, являющемуся моральным субъектом, обязана принести благо, компенсирующее нанесенный ущерб, либо данному, либо какому-либо иному моральному субъекту. Чем больше нанесенный ущерб, тем бóльшая требуется компенсация для выполнения моральных обязательств.

Следует добавить, что каждый из нас, живущих в современных индустриальных обществах, имеет обязанность справедливого возмещения ущерба перед природным миром и его дикими обитателями. Мы все извлекаем неисчислимые выгоды благодаря широкомасштабным технологиям и передовым методам экономического производства. Как потребители мы не только с охотой принимаем все блага индустриализации, но и проводим большую часть нашей жизни, стараясь получить побольше этих благ для себя и своих близких. Мы – часть цивилизации, подчинившей себе природу и использующей ее ресурсы. Даже те, кто уезжают “на природу”, чтобы испытать “прелести дикой жизни”, вкушают блага современных передовых технологий. (Какие чудеса современной химии потребовались для создания пластмассовых и синтетических материалов, из которых изготовлены их рюкзаки, палатки, спальные мешки и разнообразные упаковки для пищевых продуктов!) Никто из нас не имеет права уклоняться от ответственности, связанной с нашим высоким уровнем жизни; все мы используем преимущества цивилизованного образа жизни для достижения наших индивидуальных целей и интересов. Поскольку эти преимущества становятся доступными для нас благодаря современной коммерции, индустрии и технологии, каждый из нас является потребителем и пользователем всего того, что природный мир может нам дать. Наше благосостояние постоянно растет за счет блага всех остальных обитателей Земли. Поэтому все мы должны внести свою лепту в сохранение и восстановление каких-либо территорий дикой природы для блага живущих там растительных и животных сообществ. Только тогда можем мы заявлять о нашем подлинном уважении к природе.

Правила, которые мы только что обсудили, предлагают нравственной личности четыре типа моральных требований относительно выбора ее поведения. Сами по себе они не диктуют личности, что ей следует делать в каждой конкретной ситуации с учетом всех обстоятельств. Они определяют только те характеристики действий, которые могут быть приняты в расчет нравственной личностью в качестве морально обоснованных соображений при решении ею вопроса о том, что следует и чего не следует делать. Если принятое ею направление действий обладает одной из этих характеристик, то личность морально обязана осуществить их (или, соответственно, воздержаться от их осуществления), если только в ситуации не возобладают более важные принципы, противоречащие первым. Таким образом, правила поведения обеспечивают основания за (или против) совершения действия, однако эти основания не являются морально достаточными. Морально достаточное основание может быть дано в том случае, если с учетом всех обстоятельств можно утверждать, что определенное действие должно или не должно быть совершено, поскольку все имеющие к нему отношение моральные характеристики признаны и взвешены надлежащим образом. Чтобы сделать такое утверждение, каждой характеристике необходимо приписать относительные веса в зависимости от степени их этической значимости. При этом встает такой вопрос: как же определить степень этической значимости?

Следует отметить, что здесь, как и прежде, мы принимаем во внимание внутренний порядок действующей системы экологической этики, пренебрегая в данном случае нормами человеческой этики, которые могли бы в принципе быть приложимы к такому же набору обстоятельств. Я намерен локализовать источники конфликта между четырьмя рассмотренными нами правилами и предложить принципы приоритетности для разрешения таких конфликтов.

Начиная с Правила “Не Навреди”, следует прежде всего отметить, что обязанность не наносить вреда не может вступать в конфликт с обязанностью невмешательства. Наше воздержание от вторжения в природный мир не может принести вреда диким созданиям. Однако, соблюдение стратегии “руки прочь” может в определенных случаях означать, что мы даем возможность беспрепятственно развиваться естественным событиям, могущим нанести вред. Это не является нарушением Правила “Не навреди”, поскольку вред будет нанесен не нами. Обязанность не навредить является чисто негативной, запрещающей нам совершать вредоносные действия. Она не понуждает нас препятствовать нанесению вреда. Поэтому наше решение не вмешиваться в деятельность естественных сил природных экосистем не вступает в конфликт с обязанностью не наносить вреда.

Поскольку обязанности верности и справедливого возмещения ущерба могут вступать в конфликт с обязанностью не вредить, нам нужно теперь определить их относительные приоритеты. Принцип приоритетности, представляющийся нам наиболее соответствующим отношению уважения к природе, отдает первый приоритет обязанности не наносить вреда по сравнению с обязанностями верности и справедливого возмещения ущерба.

Конфликтная ситуация между правилами верности и ненанесения вреда не представляет собою тот тип обстоятельств, когда люди вызвали в животных доверие к себе, а затем нанесли им вред. Ведь в таком случае будут нарушены оба правила. Примером конфликта между этими двумя правилами может быть следующая ситуация. Предположим, мы способствовали тому, чтобы дикие животные пришли жить в национальный парк: мы создали в парке благоприятную для них окружающую среду и разработали свод правил поведения в парке, запрещающий охотиться, нарушать среду обитания животных и приставать к ним. Если эти условия, созданные нашими усилиями, приведут к тому, что один какой-нибудь вид чрезмерно разрастется, существенно нарушив этим баланс экосистемы в целом, не исключено, что нам придется переселять часть членов этого вида из парка, чтобы восстановить нормальный порядок функционирования экосистемы. В этом случае появляется необходимость нарушить доверие одних животных для того, чтобы не нанести вреда остальным. Такое решение данной дилеммы представляется оправданным, поскольку оно кажется предпочтительнее альтернативы оставить все как есть, допустив серьезный ущерб для всей экосистемы. Поэтому в случаях такого типа требование не навредить оказывается сильнее требования не обмануть доверия.

Второй возможный тип конфликтов – между правилами “Не навреди” и Справедливого Возмещения Ущерба. Прежде всего мы должны постараться приложить все усилия к тому, чтобы избежать таких конфликтов, выбирая такие методы возмещения ущерба, которые бы не наносили вреда животным или растениям. Как правило, обычные способы выполнения обязанности возмещения ущерба не вредят дикой природе. Мы имеем в виду очистку загрязненной реки, спасение вида, находящегося под угрозой, от полного уничтожения, отведение территорий под заповедники и убежища для диких животных. Непосредственное намерение и цель таких мер, естественно, – способствовать благу всех живых существ или защитить его, хотя при осуществлении этих мер возможны инциденты, способные причинить вред. Но обычно мы можем избежать конфликтов между обязанностями “Не навреди” и возмещения ущерба, если позаботимся об адекватных способах восстановления нарушений или компенсации нанесенного ранее ущерба. И все же возможны ситуации, когда конфликт становится неизбежным. В таких ситуациях мы отдаем предпочтение правилу “Не навреди”, поскольку в противном случае, пытаясь устранить или исправить зло, нанесенное ранее, мы будем продолжать наносить новый вред. Приведем пример, иллюстрирующий такую ситуацию. Имеется только одна территория, которую можно отвести под заповедник, способный стать убежищем для популяции определенного вида, которой мы нанесли ущерб в прошлом. Чтобы защитить этот вид, мы вынуждены убить нескольких хищников – естественных врагов данного вида на этой территории. Если никакой иной альтернативы не существует, мы не можем воспользоваться этим методом возмещения ущерба, нанесенного нами данному виду. Надо попытаться сделать, что возможно, для спасения его популяций в каком-нибудь другом месте, но в любом случае мы не имеем права благоприятствовать одному виду за счет других живых существ. Такой способ “управления” дикой природой не может быть оправдан. Правилу “Не навреди” отдается преимущество перед правилом справедливого возмещения ущерба.

Теперь давайте рассмотрим возможные конфликты межу обязанностями не наносить вреда и не обманывать доверия. (Как мы уже видели выше, между обязанностями не вмешиваться и не вредить конфликта быть не может.) Здесь нашей первейшей моральной обязанностью снова будет воздерживаться от создания условий, когда животные начинают нам доверять, если таковые условия нарушают их свободу или налагают ограничения на жизнь других живых существ. При решении вопроса о том, где, когда, каким образом и при каких обстоятельствах доверие по отношению к людям со стороны животных разрешается создавать, необходимо руководствоваться Правилом Невмешательства. Однако в некоторых ситуациях мы можем столкнуться с необходимостью выбора – либо вмешаться в их жизнь, чтобы оправдать уже существующее доверие, либо нарушить это доверие и избежать вмешательства. Здесь, как нам кажется, отрицательная обязанность не вмешиваться может иногда иметь высший приоритет по сравнению с долгом верности. Следующая ситуация может быть рассмотрена в качестве примера. Чтобы люди не жгли костров, не выбрасывали мусор в лесу, владельцы огородили свои владения забором, тем самым ограничив доступ туда мелких млекопитающих, которые привыкли кормиться там и выводить потомство. Если им не нанесен серьезный ущерб, хотя их свобода несколько ограничена, то такое вмешательство может быть оправдано сохранением веры животных в то, что лес по-прежнему остается безопасным и здоровым местом, где можно добыть пищу и вырастить семью. В конечном счете, решение будет зависеть от того, какую пользу это принесет рассматриваемым животным.

Общий принцип приоритетности, к которому мы прибегаем в подобных случаях, может быть сформулирован следующим образом. Если обязанность верности и невмешательства вступают в конфликт, первому отдается предпочтение в случаях, когда (а) вмешательство не причиняет никакого серьезного вреда; (б) сохранением доверия достигается значительное благо для животных; (в) без вмешательства невозможно оправдать доверие и (г) в сложившихся условиях вмешательство будет минимальным. С другой стороны, если какое-либо из этих условий не удовлетворяется, то такое действие не может быть оправдано.

Теперь мы обращаемся к возможности конфликта между обязанностями невмешательства и возмещения ущерба. Здесь я должен снова подчеркнуть, что обычно мы можем найти способы возмещения ущерба, которые бы не требовали вмешательства в жизнь диких животных. В качестве меры возмещения мы можем, к примеру, ввести закон, запрещающий свалки токсических отходов в местах обитания диких животных. Хотя это налагает определенные ограничения на человеческую свободу, но не ведет к ущемлению свободы всех остальных обитателей данной территории. Однако могут случиться и такие необычные обстоятельства, когда необходимо ввести определенные ограничения на жизнь диких животных, чтобы принести пользу тем, кого мы обидели в прошлом. Если при этом не причиняется никакого постоянного вреда, а получаемая польза значительна, то можно в таком случае считать обязанность справедливого возмещения ущерба более важной, чем невмешательства. К примеру, мы можем спасти жизнь множеству птиц, млекопитающих, рептилий, ограничив им доступ на территорию, где в землю просачиваются радиоактивные отходы. Такая зашита может компенсировать разрушение их привычного места обитания из-за сооружения атомной электростанции.

И, наконец, случаются конфликты между обязанностями верности и справедливого возмещения ущерба. В обстоятельствах, когда такой конфликт неизбежен, возмещение ущерба получает больший вес. Мы, скажем, можем использовать обман, а также элемент неожиданности и измены, чтобы поймать живых зверей в ловушки с целью спасения вида, находящегося под угрозой. Так, несколько оставшихся в живых калифорнийских кондоров могут быть отловлены в порядке осуществления программы размножения в неволе для спасения всего вида от полного уничтожения. В настоящее время как раз дискутируется вопрос о том, будет ли такая программа успешной, но, если да, то мы можем вспомнить примеры, когда доверие отдельных птиц было обмануто, что оправдывалось принесенным благодаря этому благом для всех остальных. Пожалуй, более ярким и менее противоречивым будет пример конфликта этого типа, когда ценой иногда героических усилий люди спасали кайр, бакланов и множество других морских птиц, увязших в вылившейся из танкеров нефти. Чтобы очистить перья от нефти, каждую птицу нужно поймать, и это зачастую связано с нарушением веры птицы в свою неприкосновенность. Здесь, как нам кажется, совершенно ясно, что такой прямой путь возмещения нанесенного ранее ущерба – попытки помочь птицам – оправдывает одномоментное нарушение доверия, которого в данном случае избежать невозможно.

Теперь целесообразно подвести итоги наших открытий, бросив общий взгляд на отношения приоритетности между четырьмя правилами долга. Полученная таким образом картина покажет нам, что правило “Не навреди” занимает верхнюю позицию. Самая фундаментальная из наших обязанностей перед природой (если не учитывать возможных конфликтов с нашими обязанностями в сфере человеческой этики) – насколько позволяют нам наши возможности, не наносить ущерба или вреда никаким живым существам в природе. Наше уважение к природе прежде всего выражается в том, как мы выполняем эту высшую роль.

Что касается трех других правил, мы обнаружили, что обычно можем избежать их нарушений, если будем тщательно выбирать способы возмещения нанесенного ущерба и создавать условия, способствующие формированию и развитию доверия животных к человеку. Но если конфликты неизбежны, обычно придерживаются таких приоритетов: (а) верность и справедливое возмещение ущерба превосходят по значимости невмешательство, если при этом достигается значительное благо, и ни одно живое создание не подвергается постоянному ущемлению в результате дозволенного вмешательства; (б) возмещение ущерба перевешивает верность, если при этом достигается значительное благо, а существу, чье доверие мы нарушили, не наносится серьезный вред.

Следует добавить, что два негативных правила – воздерживаться от нанесения вреда и от вмешательства в природный мир – в обычных обстоятельствах почти всегда можно соблюсти. Как правило, мы можем найти такие методы возмещения, которые не причинили бы вреда и не ограничили свободы живых существ. Это верно также и по отношению к узам и обязательствам доверия. Наиболее часто применяемые способы возмещения ущерба – это создание заповедников и заказников, защита видов, находящихся в опасности под угрозой полного истребления, восстановление нарушенного ранее качества окружающей среды, содействие растениям и животным, ослабленным или травмированным в результате человеческой деятельности в обретении ими прежнего здорового состояния. Все эти меры обычно не требуют нарушения доверия к нам со стороны диких животных или наложения на них каких-либо ограничений.

Опубликовано: Taylor P. Respect for nature: a theory of environmental ethics. Princeton Univ. Press, 1986. P. 169-192. Перевод с английского Е.Б. Мигуновой. Печатается с сокращениями.