Гуманитарный экологический журнал. Т. 6. Вып. 1. 2004. С. 12-20.

Двенадцать ошибок в экопросветительской деятельности российских заповедников

Отклики читателей

От редакции

В нашем журнале (2000 г., т. 2, вып. 2) была опубликована статья В.Е. Борейко “Двенадцать ошибок в экопросветительской деятельности российских заповедников”. Первоначально она готовилась для газеты “Заповедный вестник”, однако из-за цензурных соображений не была там опубликована. Однако после публикации в “Гуманитарном экологическом журнале”, она была перепечатана российской газетой “Зеленый мир”, что позволило широко распространить ее по различным заповедникам и национальным паркам стран СНГ.

Мы получили довольно много откликов на эту статью, что подтверждает важность затронутой темы. Часть из них публикуем ниже.

Чтобы наш читатель мог лучше ориентироваться в существе спора, мы еще раз вкратце перечислим все 12 ошибок в экопросветительской деятельности российских (да и не только российских) заповедников, о которых писал В.Е. Борейко.

1. Активное использование туризма и лагерей для школьников на базе заповедников.

2. Оценка экопросветительской эффективности работы заповедников листажом и тиражом.

3. Формальный, неадаптированный перенос экопросветительского опыта американских национальных парков на отечественные заповедники.

4. Превращение заповедников в центры экологического просвещения в регионе.

5. Отсутствие научного подхода.

6. Возрастающий формализм в проведении “Марша парков”.

7. “Спасение утопающих – дело рук самих утопающих”.

8. Экопросвещение – панацея от всех бед.

9. Ожидание быстрых положительных сдвигов в экологической сознательности местного населения.

10. Напряженные отношения между работниками отделов экопросвещения и научных отделов заповедников.

11. Экологическая цензура на серьезное обсуждение проблем экопросветительской деятельности российских заповедников.

12. Перекос в грантовой политике.

А.П. Генов

бывший директор Украинского степного заповедника, Украина

Считаю, что до тех пор, пока у нас в Украине и России не будет создана целая сеть национальных природных парков, заповедники должны определенное внимание уделять туризму, но не в классическом понимании этого слова. Для этого в каждом заповеднике, филиале или отделении должны быть созданы музеи природы или хотя бы комнаты-музеи, где могут демонстрироваться чучела некоторых животных, цветные фотографии, коллекции насекомых, особенно вредителей сельского хозяйства и т. п. Обязательным должен быть краткий видеофильм, дающий общее представление о заповеднике и возможно других природно-заповедных объектах этого региона. После осмотра музея – выход в природу по кратчайшему маршруту длиной 300–1000 м, приуроченному к существующей дороге, просеке, тропе. Длительность экскурсии 1,5, максимум 2 часа.

Экологическим лагерям в заповедниках места не должно быть. Для этого существуют другие объекты: берега рек и озер, балки, опушки леса и т. п. В заповеднике могут, по моему мнению, работать небольшие группы зеленого патруля, оказывающие помощь в охране, проведении учетов животных и т. п.

Функционирование в заповедниках экопросветительских отделов считаю необходимым, так как сотрудники научного отдела не отвлекаются от своей основной работы.

Ошибка вторая. С В. Борейко полностью согласен только в том, что эффективность экопросветительской работы в заповедниках не должна выражаться листажом и тиражом. Но заповедники должны по мере возможности издавать проспекты, буклеты, их работники публиковаться в газетах и научно-популярных журналах, читать лекции. Ведь на протяжении всей истории заповедного дела эта работа всегда проводилась.

Ошибка третья. С этим положением автора полностью согласен.

Ошибка четвертая. Считаю, что превращать заповедники в центры экологического просвещения в регионе не следует, но свой вклад в это дело должен вносить каждый заповедник.

Ошибка пятая. Полностью разделяю мнение В. Борейко.

Ошибка шестая. Полностью согласен с В. Борейко

Ошибка седьмая. К сожалению, на современном этапе для заповедников “Спасение утопающих – дело рук самих утопающих” актуально. Дай Бог, чтобы эта “актуальность” как можно быстрее канула в Лету. А пока что: “Если не я, то кто?”.

Основная формула сохранения ПЗФ: законодательная база + надежная охрана заповедной территории собственной службой охраны + научная разработка оптимальных режимов охраны ПЗФ, внедрение и периодическая их корректировка + экопросвещение + действенная помощь местных властей и властных структур.

Первые четыре слагаемых являются основными и нарушение одного из них ведет к диспропорции и вызывает ухудшение состояния охраняемых экосистем.

С. Ильиных

заповедник “Вишерский”, Россия

Сокращение финансирования особо охраняемых территории Российской Федерации и развитие эколого-просветительской работы пришлось на конец 90-х годов XX века. Такое совпадение отнюдь не случайно, т. к. хорошо организованная эколого-просветительская деятельность приносит значительный доход. Существует также мнение о том, что “отдел охраны плодит врагов заповедника, а отдел экологического просвещения – друзей”. Кроме этого, считается возможным привлекать общественность к охране заповедной территории и решению экологических проблем региона.

Но в эколого-просветительской работе чрезмерное старание может привести к неожиданным результатам. Тем более, что для этого есть достаточно серьезные предпосылки. Первая – это заложенный в самом статусе заповедника как ООПТ конфликт с местным населением, связанный с изъятием из оборота больших площадей земли, где находятся объекты традиционного природопользования. Вторая предпосылка чисто психологическая – территория, внешне не привлекательная, но охраняемая, более заманчива для туризма потому, что ее посещение ограничено или запрещено. Третья предпосылка связана с получением большого количества денег без особых на то усилий, что на фоне плохого финансирования заповедников, безусловно, является соблазнительным способом заработать.

Что касается увлечения проведением экологических лагерей для школьников, то это явление никак не назовешь массовым т. к. большая часть заповедников находится в относительно труднодоступных местах, что способствует уменьшению количества участников. В соответствии с этим происходит отбор, в ходе которого остаются наиболее подготовленные ученики. Несомненно, что массовые экологические лагеря не имеет смысла организовывать в заповедниках даже чисто по экономическим соображениям, так и по требованиям техники безопасности и санитарным нормам. Массовость – это удел национальных парков, для которых свойственны соответствующие коммуникации и опыт работы в данном направлении. Перспективна также организация экологических лагерей вблизи памятников природы, где имеются в наличии оборудованные экологические тропы, снижающие воздействие туристической деятельности.

Проблема массового туризма существует в основном в тех местах, где ранее имелись туристические тропы и маршруты. Для большинства заповедников характерно полное отсутствие соответствующей инфраструктуры и соответственно стабильный приток туристов. В данном случае опасность заключается в получении заповедником оплаты за пребывание на территории, что зачастую влечет вседозволенность со стороны богатых туристов. В качестве примера можно привести обстановку в заповеднике “Вишерском” в 1996 г., когда ныне уже покойный директор Рафаэль Камильевич Идрисов отзывал инспекторов с тех мест, где отдыхали богатые туристы. Тем более у богатых туристов есть возможности передвигаться на таком мобильном транспорте как вертолет, когда простые инспектора передвигаются на лодках по рекам, а еще чаще пешком.

В этой связи нужно вводить жесткие требования по организации пребывания групп на территории заповедников и обязательном их сопровождении инспекторами охраны или другими сотрудниками заповедника. Проблема, связанная с оценкой эффективности экопросветительской деятельности заповедников листажом и тиражом связана с самоизоляцией заповедников от местного населения. Забрасывание населения листовками и буклетами многим представляется наиболее удобным вариантом работы с общественностью, тем более для представления отчетности для вышестоящих организаций. Реальный выход в данной ситуации – это интеграция заповедника в структуры местного самоуправления и более тесное взаимодействие с общественностью. Что касается “пропагандистского мониторинга” – то это совершенно необходимое условие для нормальной работы любого заповедника.

Экопросвещение на американский лад, к сожалению, требует большого количества времени и отдельного подхода в экологическом образовании, что весьма сомнительно в современных условиях. При создании визит-центров в их оформлении следует избегать элементов рекламы.

Заповедники как центры экологического просвещения – это не больше чем мечта, т. к. заповедники не являются образовательными учреждениями или учреждениями культуры. Отсутствие специально подготовленных кадров не позволяет проводить серьезные исследования в области экологического просвещения. Из-за отсутствия подобных исследований очень трудно оценить результаты эколого-просветительских мероприятий.

.

К. Возьмитель

заповедник “Денежкин камень”, Россия

Почему-то к делу экологического просвещения (ЭПР) привлекли не экологов. На первом месте оказались педагоги, психологи, социологи, конфликтологи, журналисты (далее – медики, поэты и художники, модельеры и парфюмеры, химики, связисты, железнодорожники, политики). Появились штатные экопросветители, экологов, биологов среди них не много. Перед отделами просвещения встала задача: формировать положительное общественное мнение о заповедниках, зарабатывать деньги. “Просвещенческая заповедная” газета “Заповедные острова” рассказывает о том, как хорошо и богато в нацпарках Америки, Африки и Австралии. Прочитав в газете отчеты редактора о путешествиях по нашим заповедникам, кто-то заметит, что и у нас, в общем-то, неплохо. Хорошая реклама для туристов. Вот удивится турист, и обидится, если его в заповедник не пустят. Обижать нехорошо. Неэтично. Так возникают проблемы с этикой. О том, что плохо, говорить нельзя – неэтично. Это отпугнет туристов и спонсоров. Этично умолчать, немножко приврать. Этично то, за что платят. Неэтично не иметь денег. Неэтично критиковать природоохрану в Америке. Неэтично говорить правду о чужих и собственных провалах в деле сохранения природы. Этично неудачу обернуть в красивый фантик и выдать за успех. Это и есть экологическое просвещение? Не назвать ли вещи своими именами? Если так, то называется это – “паблик релейшнз” (ПР). Нас заставляют верить фантикам, и не особенно интересоваться, а что там внутри. Если вы хотите рассказать, что там внутри, навряд ли для вас найдется место в “заповедной” газете. Нас рекламируют в СМИ как туристический ресурс. Почему бы, “просвещая”, не показать “товар лицом”, не рассказать о работе заповедников, о проблемах, неудачах?

Чем отличается ЭПР от ПР? ПР – дело заказное. Пиарщикам хорошо платят. Плохим пиарщикам платят хуже. Теперь экопросвещение в заповеднике тоже заказывают, заказчик – руководитель заповедника, и ЭПР превращается в ПР. В стремлении выглядеть прилично руководители доходят до абсурда. У нас, в заповеднике “Денежкин Камень”, например, корректировали даже Летопись природы по правилам ПР: из нее удалили информацию о том, что данные по температуре имеют низкую достоверность, потому что у нас нет метеопоста. Однако данные по температуре, приведенные в летописи, не стали от этого достовернее. Одни стремятся быть приличными, другие – прилично выглядеть, и покупают для этого журналистов. Так просвещение в заповедниках оказалось под особой опекой, то есть под строжайшим контролем и под крылышком руководителя. Зачем?

У нас, в заповеднике “Денежкин Камень” случилось так. Может, в других заповедниках тоже не все прекрасно с просвещением, но рассказывать об этом неэтично, потому что установка такая – просвещение хвалить. Что ж, чтобы разобраться с этикой, продемонстрирую вам пример неэтичного поведения. Одно время я был даже замом по просвещению. Оказалось, что нельзя уметь просвещать, не обладая набором определенных конкретных знаний. А вот пиарвещать – можно, обладая определенным инструментом, технологией. Сначала было в заповеднике два методиста по ЭПР, учитель географии и учитель литературы. Нетрудно догадаться, что географа, обладающего знаниями о природе, уволили скоро. На его место взяли, по совместительству, не трудно догадаться кого – журналиста. И тогда в заповеднике “появились” лешие и снежные человеки. Появились выдающиеся ученые, открывающие по тридцать новых видов животных за сезон. На лесных кордонах, кого ни ткни – Серафимы Саровские и Сергии Радонежские. Организована акция по спасению лосеночка. Один мужик подобрал в лесу лосенка, а когда его попросили “положить его на место”, заломил цену – полторы тысячи. А каким благодетелем выглядел этот мужик в газете! Но и заповедник не отстал от него – назначил цену в десять тысяч – чтобы выкупить лосенка, увезти на кордон, покупать молоко и платить лесникам за уход. И собрали с народа около двух с половиной тысяч, выставив все это за акцию милосердия. Пока проявляли милосердие, лосенок помер, естественно. Ситуацию прояснил охотовед: человек, подобравший лосенка в лесу, поступил как браконьер, и его следовало оштрафовать, а лосенка вернуть в лес, и как можно скорее. Штрафовать неэтично. Нужна была акция добра, и нужны были благородные герои. Потом все прятали глаза и разводили руками.

О. Стародубцева

зам. директора по научной работе заповедника “Рдейский”, Россия

1. Полностью согласна на счет экологических троп и маршрутов на территории. У себя, например, мы планируем организовать экологические тропы вне территории заповедника. И экскурсоводами, по-видимому, станут местные учителя и дети. Что касается экологических лагерей, то в том случае, если это небольшие группы и они помогают сотрудникам в охранных мероприятиях и НИР, то это хорошо, с моей точки зрения. Так начиналось и у меня – я попала на 2-недельную практику биологического класса. И теперь, поддерживая традиции, к нам приезжают юннаты – помогать закладывать пробные площади, делать простую юннатскую работу.

2. А что касается оценки эффективности работы отделов экопросвещения, с этим я тоже согласна. Скорее, количеством буклетов и изданий можно заявить лишь о предпринимательских и организационных способностях сотрудников, а не об эффективности просвещения.

3. Полностью согласна.

4. Насчет превращения заповедников в центры экопросвещения. Знаете, в некоторых местах заповедник – это единственный культурный центр. Он может и должен иметь такую задачу. Потому что, как правило, в научных и просветительских отделах в большинстве случаев люди работают не за мизерную зарплату, а потому что это ИХ ДЕЛО. Если не заниматься просветительской деятельностью, не будет ни помощников, ни молодых сотрудников, ни доброжелателей заповедника. Так что я считаю, что экопросвещение – одна из главных задач заповедника.

5. Здесь я тоже не совсем согласна. Конечно, в этих направлениях еще мало люди работали. Однако Вы, например, упоминаете различные фонды. Насколько мне известно, например, в ВВФ уже давно ведется работа с пиарщиками, в направлении разрешения конфликтов с местным населением, оценки социологической и психологической ситуации в месте работы. Фонд национальных парков также в этом году объявил конкурс на проекты, одним из приоритетов был, цитирую: “Экологическое просвещение – новый взгляд на местные традиции природопользования”. Поговорив с автором идеи этого конкурса, мы поняли, что подчеркивается именно это направление, указанное Вами в ошибке 5. Кстати, наш заповедник подал на этот конкурс проект с направлением исследований в области экологической этнографии региона.

6. Согласна. И название дурацкое, и каждый год в определенном числе заповедников одно и тоже. Хочется чего-то новенького, интересного. Настоящего праздника заповедника. Правда, не во всех заповедниках к вопросу Марша подходят формально. Не так уж все и плохо. Мне кажется, Вам нужно пообщаться не с отчетами, а с людьми, которые этим занимаются. И с местным населением, которое участвует в Маршах. Думаю, мнение Ваше немного поколебалось бы.

7. К сожалению, сейчас спасение всех утопающих – дело рук их самих. Конечно, нужно объединяться. Только ведь энтузиастов до такой степени мало...

8. А я в слово экопросвещение вкладываю и эти понятия, главное – этическое и эстетическое отношение к миру, который тебя окружает.

9. Согласна.

10. Ну, этого мы еще не испытали. А что касается антропоцентризма – по-моему, это действительно стало модным – планы управления территорией и т. д

Д.С. Салпагаров

директор Тебердинского заповедника

Ю.В. Саркисян, И.В. Ткаченко

работники отдела экопросвещения Тебердинского заповедника, Россия

В Тебердинском заповеднике к статье г-на Борейко отнеслись очень внимательно, она вызвала полемику среди работников экопросветительского и научного отделов. Некоторые высказывания автора нашли одобрение, но во многом мы с ним не согласны. С 1996 года, пользуясь замечательной книжкой “Дорога к заповеднику”, изданной Экоцентром “Заповедники” (автор Борейко), мы и не подозревали, что не тем занимаемся, не в том направлении движемся. Как прокомментировал позицию автора статьи сотрудник нашего научного отдела: “Так же поступил в свое время Иосиф Виссарионович, загнал крестьян в колхозы, а затем в статье “Головокружение от успехов” предостерег от опасных тенденций и ошибок”.

В Тебердинском заповеднике отдел экопросвещения создан 1,5 года назад, хотя экопросвещением сотрудники заповедника занимались на протяжении всей истории существования заповедника (самый посещаемый в системе российских ООПТ). И в том, что туризм на этой территории начал развиваться намного раньше, чем был создан заповедник, ничьей вины нет. Ну, а раз уж так произошло, то приходится с турбизнесом находить приемлемые и взаимовыгодные формы сотрудничества.

На примере нашего заповедника можем привести отрицательный опыт “ликвидации” туризма. С началом перестройки, распадом советской империи и известных событий на Северном Кавказе туристический поток стал ослабевать, а к середине 90-х практически иссяк. Можно было бы вздохнуть с облегчением. Так нет, антропогенное воздействие на природный комплекс только увеличилось. “Несознательное” местное население хочет нормально существовать, а без доходов от туризма это невозможно. Где еще эти доходы можно получить? Только в заповеднике – это лес (деловой), грибы и ягоды, выпас скота, охота и др. Несмотря на усиление охраны браконьерский прессинг на охраняемую территорию возрос.

В настоящее время развитие турдеятельности находит понимание у всех слоев населения. Люди связывают свое благополучие не столько со скотоводством (экономически не выгодным) и другими видами природопользования, а с развитием туризма, и сохранение заповедной территории в этих условиях становится для них важным фактором. Это, видимо, касается не только Тебердинского заповедника, но и многих других: “Столбы”, Воронежский, Кивач, весь Кавказский регион и т. д.

Что касается летних экологических лагерей на территориях ОПТ, тут можно согласиться с автором, в том смысле, что их необязательно устраивать на территориях заповедников. Но то, что они играют значительную роль в экообразовании и воспитании подрастающего поколения, мы убеждены.

Автор утверждает, что “листаж и тираж” не нужен, вреден в деятельности заповедников, и в их задачи, по большому счету, не входит выпуск книг и тиражирование листовок. Возможно, некоторые ОПТ могут добиться больших успехов, занимаясь распространением экологических сведений устным способом (например при помощи священников)... К сожалению, пока еще священнослужители у нас редкие гости. Да, в плане воздействия на умы и чувства людей священнослужители имеют огромный опыт, и это надо использовать в экопросветительской деятельности. Но сможет ли священник объяснить необходимость сохранности таких “вредных” для человека видов как шакал, гадюка или скорпион? Конечно, устное общение – важная форма работы с местным населением, но и использование методов “наглядной агитации” не менее важно.

Заповедники – не типографии, и выпуск книг не их задача. Но почему бы, имея хорошую оргтехнику, нам не тиражировать в нужных количествах листовки и простые буклеты? Лично мы этим пользуемся и это значительно дешевле и продуктивнее.

Что касается переноса заокеанского опыта экопросвещения на отечественные заповедники, мы согласны; “...опыт зарубежных ОПТ нужно изучать, популяризировать и использовать. Но обязательно адаптируя его к нашим реалиям”. Да и где же этого опыта нам еще набираться? Ведь в наших ОПТ экопросвещение сводилось только к проведению обязательных, идеологически выверенных лекций, а термина “экотуризм” мы до 90-х годов вообще не знали. Поэтому: “...и турист в Америке более культурный: недаром там его именуют “экологическим”, а у нас – “диким”. Так может экопросвещение для того и нужно в наших заповедниках, чтобы и наших туристов перестали называть “дикими”?!

Брать на себя функции центров экопросветительства в регионах заповеднику достаточно сложно. Но координирующие функции на данном этапе заповедники нести просто обязаны, хотя бы в силу того, что сейчас они во многих регионах пока единственные организации, в структуре которых имеются отделы экопросвещения.

Самая “серьезная”, по мнению автора, ошибка пятая: “Пренебрежение серьезными исследовательскими разработками по экопросвещению”. Мы с ним в корне не согласны. Экоцентр “Заповедники”, ЦОДП и другие общественные организации обеспечивают нас необходимой учебно-методической литературой: как отечественной, так и зарубежной. К сожалению, мы даже не всегда успеваем ее осваивать и использовать в своей деятельности. Скорее здесь, да и во всей статье прослеживается явный намек на приоритет в деле этих разработок самого автора. Склоняясь перед его авторитетом, мы, однако, не думаем, что его и только его разработки можно брать за основу экопросвещения на Руси.

По поводу “ошибки шестой”, в акции “Марш парков” пока еще формализм присутствует, и надо всем работникам ОПТ много и очень хорошо поработать, чтобы этот праздник действительно превратился в народную традицию. Возможно и само название не совсем удачно для российских ОПТ, но мы к нему уже привыкли. Как показывает анкетирование проведенное по итогам “Марша парков–2000” в нашей республике (200 анкет), и название и акцию люди воспринимают правильно.

В своей книге “Дорога к заповеднику” автор справедливо отмечает, что прагматический подход к природе у местного населения всегда будет приоритетным, изменить его у большинства людей достаточно сложно. В той или иной степени он будет проявляться у человека всегда, наверное, это заложено у него в генах. А сделать так, чтобы этот подход был разумным и цивилизованным, предстоит нам всем сообща. Быстрых сдвигов в экологической сознательности местного населения мы не ожидали, но то, что авторитет заповедника растет, показывают результаты опросов.

И вообще, знакомясь со статьей г-на Борейко, нам не совсем понятно каким образом он предлагает “...формировать экологическое сознание местного населения...”? Рекламно-издательскую деятельность он отвергает. С религиозной пропагандой не ясно: то ли она нужна (комментарии к ошибке 2), то ли вредна (ошибка третья). Проведение экологических уроков и летние экологические лагеря он относит к несовместимой с ОПТ деятельностью. Визит-центры в заповедниках, по его мнению, так же не нужны. Может быть г-н Борейко сторонник гипнотического воздействия? Ходят работники ОПТ среди народа, в толпе и гипнотизируют его: “Даю установку: заповедники – это здорово, это – спасение от экологической катастрофы ваших внуков и правнуков...”.

Интересно спросить, довелось ли г-ну Борейко поработать хоть в одном заповеднике? Пытался ли он хоть как-то изменить отношение местного населения к ОПТ с отрицательного на положительное? А если такие попытки с его стороны имели место, то интересно было бы ознакомиться с их результатами.

Во всем мире охраняемые природные территории обращены к человеку, и через человека сохраняются. В удовлетворении духовных и интеллектуальных запросов посетителей нет ничего ужасного. Конечно, идея сохранения дикой природы, как учил Г.А. Кожевников, только ради ее самой, сама по себе замечательна. Но то, что это такая же утопия, как построение коммунизма в отдельно взятой стране (России, Украине) понятно, наверное, всем. Здорово замечает автор критической статьи, что люди должны открыть для себя мифологическое, сказочное, поэтическое измерение дикой природы. Но как этого достичь, если, по Борейко, человек, прошедший по туристической тропе, уже своим присутствием наносит вред живой природе. Мы безусловно согласны, что воздействовать нужно не только на разум, но и на сердце человека, именно воспитание духовное и эстетическое является нашей приоритетной задачей.

И еще по поводу антропоцентризма. Мы убеждены – будет хорошо человеку, будет сохраняться и дикая природа. По-другому не получается, об этом говорит мировой опыт.

Ф.Р. Штильмарк

доктор биол. наук, Россия

Не только каждый подлинный эколог, но и всякий юрист, знающий наши законы, подтвердит тот непреложный факт, что любые виды туризма (в том числе и “экологический”, хотя сам термин “экотуризм” вызывает большие сомнения) представляют собой совершенно определенные формы ХОЗЯЙСТВЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ. И как ни толкуй, как ни заворачивай эту простую и горькую истину в экологические облатки и фантики, суть дела от этого не изменится. А ведь “экотуризм”, как можно прочитать в тех же “Заповедных островах”, “есть часть экологического просвещения”, и вывод отсюда напрашивается сам собой. Недаром такой страстный приверженец экопросвещения как В. Борейко ПЕРВОЙ ошибкой в этом деле считает “активное использование туризма и школьных лагерей на базе заповедников”, а ТРЕТЬЕЙ (из десяти) “формальный, неадаптированный перенос экопросветительного опыта американских национальных парков на наши заповедники”. Полностью соглашаясь с этим, нужно еще подчеркнуть огромную и принципиальную разницу в отношении к природе со стороны вполне обеспеченных, традиционно законопослушных американцев и населения нашей страны. Слишком уж разный у нас, как принято теперь говорить, “менталитет”, обычаи и привычки. Первые привыкли к праздному отдыху на лоне природы, любованию ее красотами (подчас из своих автомобилей), а вторые без ружья, удочки или корзины для сбора лесных “даров” вообще в лес не ступят.

Любой ТУРИЗМ В ЗАПОВЕДНИКАХ НЕДОПУСТИМ И ПРОТИВОРЕЧИТ НАШИМ ЗАКОНАМ, ибо там должны прекращаться ВСЕ формы хозяйственного пользования, здесь просто нет почвы для обсуждений и дискуссий.

Другое дело, когда проблема ставится так, как на развороте “Заповедных островов” (вынесено в аншлаг) “Экотуризм и ООПТ – совместимость или полярность?” Такая формулировка вопроса просто наивна или скорее лицемерна,ибо полностью НЕСОВМЕСТИМ любой ТУРИЗМ ТОЛЬКО С ЗАПОВЕДНИКамИ, тогда как со ВСЕМИ ДРУГИМИ охраняемыми природными территориями, включая национальные и природные парки, безусловно совместим, хотя и в разной степени.

Возможности туризма – в самых разных его проявлениях – для России поистине неограниченные, и это подтверждается несколько оригинальной, но интересной статьей Б. Пестрякова в “Природно-ресурсных ведомостях”, где автор предлагает придать статус “свободных туристических территорий” обширным пространствам Сибирского Севера и Дальнего Востока. В самом деле, настоящий любитель дикой природы стремится вовсе не в строго закрытые научные лаборатории, которыми должны быть “по идее” наши государственные заповедники, ему хочется “на волю, в пампасы”, ему не нужны эконаставники, проводники и надзиратели. Если же турист действительно хочет углубить свои познания в экологии, что ж, прекрасно, милости просим в национальные и природные парки, судьбой и законом предназначенные для общения людей с природой (за исключением заповедных участков или зон, разумеется!). Здесь и экологические тропы, и музеи природы, а кое-где, возможно, и территории ограниченного природопользования для сбора грибов и ягод, купания, даже и рыбной ловли. Правда, на примере столичного нацпарка “Лосиный остров’’ (живу на его окраине) можно с горечью убедиться в полнейшей беспомощности наших реальных экопросветителей – столь убоги выставленные в людных местах аншлаги, призывы и вывески, хотя уж здесь-то имеются все возможности для подлинной и убедительной экопропаганды.

Не стоит скрывать того, что так называемый “научный” или “экотуризм” в наших заповедниках есть следствие великой нужды, невнимания государства к передовому краю охраны природы. Но нельзя же кривить душой, выдавая черное за белое, нельзя хитрить и лицемерить, получая иностранные гранты за пользование заповедной природой. Жизнь есть жизнь, и всякое в ней бывает. Был период, когда посещение знаменитой долины гейзеров в Кроноцком заповеднике решили строжайше запретить. Однако люди все равно стремились туда сквозь все природные препоны и любые запреты (избранных сам же заповедник возил, конечно, вертолетами), и долго так продолжаться не могло. Есть простое правило – нельзя заповедовать, полностью закрывать от населения такие достопримечательные места, которые как бы предназначены для любования ими. Заповедники есть ЭТАЛОНЫ ландшафтов, а НЕ МУЗЕИ В ПРИРОДЕ, для последних существуют иные формы ООПТ. Это не значит, что нужно немедленно изъять Долину Гейзеров на Камчатке или красоты Карадага на юге Крыма из границ соответствующих заповедников (теория не всегда согласуется с практикой), но СТАТУС этих уникумов природы должен отличаться от строго заповедного. То же самое со знаменитыми красноярскими “столбами”, которые НИКОГДА не были и не будут заповедными, они существуют на режиме природного парка.

* * *

Быстрое развитие туризма угрожает экологии планеты, особенно бедных стран, лишенных возможности вкладывать серьезные средства в сохранение окружающей среды. С таким предупреждением выступили эксперты Программы ООН по окружающей среде (ЮНЕП).

За последнее десятилетие количество туристов в районах, важных для сохранения биоразнообразия Земли, возросло вдвое, говорится в докладе, подготовленном ЮНЕП. При этом число посещающих Камбоджу и Лаос, например, возросло в 20 раз. Южную Африку – в пять, Бразилию – в три. Ожидается, что к 2020 году количество туристов увеличится еще в два раза и достигнет почти 1,5 млрд в год. Между тем, в 1950 году цифра составляла лишь 25 млн.

“Очевидно, что туризм может принести как пользу, так и зло”, – прокомментировал публикацию доклада исполнительный директор ЮНЕП Клаус Топфер. “Сейчас туризм дает 11 % мирового ВВП, а в 37 развивающихся странах служит главным источником наполнения госбюджета. Вместе с тем при хаотичном развитии отрасль загрязняет окружающую среду, уничтожает природные ресурсы и ведет к насильственному изменению уклада жизни коренных народов”, – отмечается в документе, передает ИТАР-ТАСС. (Известия.Ru, 12 сентября 2003 г.)