Гуманитарный экологический журнал. Т. 6. Вып. 2. 2004. С. 114-117.

СВЯЩЕННАЯ ГОРА

А. Говинда

Есть просто горы, а есть особенные горы. Особенные горы – это не те, что выделяются свою необычной формой, как странные черты лица или странные поступки еще не делают человека личностью.

Личность – это прежде всего сила влияния на окружающих, а эта сила происходит из постоянства, гармоничности и цельности характера. Если эти качества присутствуют в человеке, он способен вести за собою людей, стать правителем, святым или ученым, формирующим мысль поколения. И мы признаем в нем некий сосуд, вместилище божественной силы. Если все эти качества есть у горы, ее считают вместилищем космической силы и называют священной горою.

Сила такой горы велика и вместе с тем тонка, люди притягиваются к ней отовсюду, как к магниту, и в этом необъяснимом стремлении приблизиться к истоку священной силы, поклониться ему, они готовы на любые трудности и лишения. Никто не объявляет специально о святости горы, но всякий знает об этом, ее святость не нуждается в провозглашении, ведь никто не сомневается в этом. И не нужно организованного поклонения, ибо люди преисполняются самим присутствием такой горы и могут выражать свои чувства только боготворя ее, преклоняясь перед нею.

И это невозможно объяснить никакими научными фактами – как, например, большая высота – являющимися самым важным, по мнению современного человечества. Здесь же вовсе нет стремления “покорить” гору. Вместо того, чтобы “покорять” гору, религиозный человек, кажется, предпочитает быть покоренным ею. Он открывается духу горы, позволяет этому духу овладеть им, потому что только тот, кто вдохновлен, “охвачен” божественным духом, может стать сопричастным его природе. Пока современный человек занят удовлетворением своих амбиций и прославлением собственного эго, его цель – взобраться на вершину горы, стать первым. Преданный же больше заинтересован в духовном восхождении, а не в подвиге физического покорения вершины. Для него гора – священный символ, и он никогда не дерзнет ступить на ее вершину, как не наступит на священный образ.

Чтобы увидеть величие горы, необходимо быть на расстоянии от нее; чтобы понять ее форму, нужно обойти ее: чтобы почувствовать ее состояния, следует созерцать ее на рассвете и на закате, в полнолуние и в полдень, в солнце и в дождь, в снегу, во время бури, зимою, летом, осенью и весной. Тот, кто созерцает гору, приближается к ее жизни, такой же напряженной и разнообразной, как и жизнь человека. Горы растут и разрушаются, они дышат и пульсируют жизнью. Они притягивают и собирают невидимые энергии, окружающие их: силы воздуха, воды, электричества и магнетизма. Они создают ветры, облака, бури, ливни, водопады и реки. Они наполняют жизнью все вокруг и дают кров и пищу бесчисленным живым существам. В этом величие мощных гор. Чтобы понять это, надо взглянуть на карту. Кайласа расположена на вершине Тибетского нагорья и образует шпиль “крыши мира”, как называют тибетское плато. От нее, как спицы из ступицы колеса, расходятся самые мощные реки, текущие на восток, на запад, на северо-восток и на юг: Брахмапутра, Инд, Сатледж и Карнали. Все они берут свое начало в районе Кайласа-Манасаровар, который является самой высокой частью Тибетского нагорья. Древние писания говорят, что эти реки вытекают из озера Манасаровар к подножию горы Кайласы и, семь раз опоясав священную землю, расходятся, почтив таким образом престол богов, согласно ритуалу обхода по кругу (санскр. прадак-шина). Тибетцы называют Брахмапутру, берущую начало восточнее Кайласы Манасаровара, “Там-чог-Кхамбаб” – река, “текущая изо рта лошади”; Сатледж, исток которой западнее – “Лангчен-Кхамбаб”, то есть река, “текущая изо рта слона”; Инд, начинающийся на севере от Кайласы – “Сенге-Кхамбаб”, или река, “текущая изо рта льва”, а Карнали на юге (на равнине она называется Ганг) – “Магча-Кхамбаб”, то есть река, “текущая из клюва павлина”. Эти животные образуют “колесницу”, или престол четырех Дхьяни-Будд. Названия рек указывают, что они считаются частями вселенской мандалы, центр которой – гора Кайласа.

Именно по этим рекам осуществлялась культурная и религиозная связь Индии с Тибетом. Эго видно на примере Брахмапутры и Инда, которые, подобно гигантским рукам, протягиваются из региона Кайласа-Манасаровар, обнимают Гималаи и весь индийский субконтинент, после чего Инд впадает в Аравийское море на западе, а Брахмапутра – в Бенгальский залив на востоке.

В действительности не все реки берут начало на склонах Кайласы или в озере Манасаровар, но их долины ведут на плоскогорье, над которым возвышается Кайласа, которая, таким образом, становится местом пересечения, соединяющим юг, север, восток и запад.

Гора Кайласа на Тибетской танке.

Если лишить Эверест или любую другую известную вершину Гималайского хребта их высоты, ничего особенно выдающегося от них не останется, они просто исчезнут с карты, утонут в мириадах неизвестных вершин и горных массивов. У Кайласы же, кроме ее высоты, есть еще уникальное положение центра горных цепей и системы рек Тибета и Индии.

Она стоит в центре Трансгималайского хребта совершенно отдельно. Чтобы обойти ее, требуется три или четыре дня. Ее форма правильна, словно купол гигантского храма, возвышающегося над горами, похожими на бастионы и укрепления. Как в каждом индийском храме есть священный бассейн, так и у южного склона Кайласы тоже есть свой священный водоем, это два озера – Манасаровар и Ракастал. Одно – круглое, как солнце – символизирует силы света, другое – изогнутое, как как полумесяц – символ сокрытых сил ночи, которые, будучи не распознаны и не направлены в надлежащее русло, предстают в виде демонических сил тьмы. Это выражено и в самих названиях озер: Манас (санскр.) означает “разум” или “сознание”, а Ракас или, точнее, Ракшас значит “демон”, так что название Ракастал можно перевести как “Озеро Демонов”.

Солнечная и лунная символика священных озер проиллюстрирована тибетскими танка, изображающими солнечный диск в небе над круглым озером Манасаровар и убывающую луну над полумесяцем Ракастала.

Символы луны и солнца присутствуют почти во всех тибетских иконах-свитках (танка), изображающих Будд, божеств и святых.

Солнце и Луна олицетворяют два потока психической энергии, которые движутся вверх слева и справа от центрального канала, или “срединного нерва позвоночного столба”. Во время йогической медитации оба потока соединяются в центральном канале и поднимаются по нему от одного психического центра (или уровня сознания) к другому до тех пор, пока не достигнут высшего, многомерного уровня просветленного сознания. Гора Кайласа, соответствующая позвоночному столбу, символизирует ось духовной вселенной, проходящую через бесчисленные мировые планы (обозначенные действительными горизонтальными напластованиями горных пород, ярусы которых правильны и отчетливы, как в индусских храмах). Эта ось восходит от человеческого уровня к божественному, а два озера подобны резервуарам двух потоков психической энергии.

Это показывает, что Манасаровар находится выше Ракастала. Это соответствует и их географическому расположению, и символическому соотношению первого озера с высшим, а второго – с низшим (но столь же важным) центром психической энергии (чакрой). Один из них является корнем и основанием всех наших внутренних сил, а второй – цветом и плодом реализации. Первый стоит в начале, а второй – в конце духовной эволюции.

Поэтому, согласно старой буддийской традиции, последнее перерождение Бодхисаттвы – во исполнение обета достижения конечного Просветления, то есть состояния Будды – связывается с Манасароваром. Согласно преданию, спящая царица Майа была перенесена божествами-стражниками к озеру Анотатта (палийское название Манасаровара). Там ее омыли в священных водах, очистив ото всей человеческой скверны, дабы тот, кому предстояло стать Буддой, мог через нее родиться в мир. Он спустился со стороны Кайласы в облике белого слона, окруженного белым облаком. Так что с самого зарождения буддизма Кайласа и Манасаровар были окружены высочайшим почитанием. В этом буддисты полностью следуют традиции, уходящей еще к ведическим временам, если вообще не к началу цивилизации.

По индуистской традиции, озеро Манасаровар сотворил сам Брахма. Он взрастил в самом центре его божественное дерево Джамбу, невидимое человеческому глазу Поэтому наш мир древние называли Джамбудвипа. Говорят, что благодаря плодам этого божественного дерева воды Манасаровара обратились в животворный эликсир. Древо жизни в Озере Высшего Сознания – эта символика напоминает библейское Древо Познания в Раю. На земле нет места, более похожего на рай, чем окрестности Кайласы и Манасаровара. Тибетцы почитают эту землю как “центр Джамбудвипы” (человеческого мира), центр всех стран, корень, пуп земли, край золота и драгоценностей, источник четырех великих рек, над которыми высится хрустальная пагода Кайласы, украшенная магическим бирюзовым диском Манасаровара.

Место, откуда паломники начинают ритуальный обход Кайласы, изображено на рисунке как глубокое ущелье слева от священной горы. Это вход в западную “Долину Амитабхи”. Тропа правее Кайласы, отмеченная маленькой каменной пирамидкой (под солнечным диском), это Долмала – перевал Тары, высочайшая точка пути. Темный треугольник внизу – маленькое озеро, индусы называют его Гаурикунд, а буддисты – Тхучже-чемпой Цзо – “Озеро Великого Сострадающего. В тибетском оригинале этого рисунка содержится гораздо больше деталей, которыми нам пришлось пожертвовать, чтобы воссоздать тот идеально ясный вид Кайласы – Манасаровара, каким он предстает со стороны Гурпа, откуда паломник обычно подходит к священной земле.

Только с этого места видны оба озера и гора одновременно. Пропорции картины не соответствуют натуральным, это, скорее, умозрительная перспектива. Тем не менее, формы, хотя и стилизованы, но ближе к реальности, нежели те, что бывают на фотографиях, с их неизбежным искажением углов и объемов.

Опубликовано: Говинда А. “Путь былых облаков”. Буддист в Тибете. М.: Сфера, 1997, стр. 291-301. Сокращ. вариант.