Гуманитарный экологический журнал. Т. 6. Спецвыпуск. 2004. С. 68-72.

 

 

Левый биоцентризм

 

Давид Ортон

 

Исторически я всегда разделял идеалы левых партий. Тем не менее, с конца 70-х годов главным моим делом стала природоохранная работа. Сначала я работал в области лесоводства и охраны дикой природы в Британской Колумбии, затем переехал через всю страну в Новую Шотландию. К “зеленым” я стал причислять себя с 198З г. В течение последних двадцати лет живу с семьей в предельно простых условиях, на старой ферме, подходящей вплотную к лесу. Для меня такая жизнь, естественно, должна казаться раем, если бы не дикое капиталистическое лесное производство, окружающее нас со всех сторон.

В  1985 г. я стал приверженцем философии глубинной экологии и понял необходимость ухода от антропоцентрических ценностей и социальных традиций, включая коммунистические и социалистические традиции, чтобы выразить солидарность со всей, а не только человеческой, жизнью.

Я стал применять эту философию в своей природоохранной практике и теории, в работе, пытаясь понять, что значит “думать как гора” и расширяя ощущение личного пространства до размеров всей Земли. Я полагаю, что глубинная экология определяет, каково должно быть наше истинное взаимоотношение с миром природы. Глубинная экология является частью более широкого “зеленого” движения; по сути, это первое социальное движение в истории, защищающее низкий материальный уровень жизни и отвергающее консумеризм. Приоритеты глубинной экологии лежат в другой плоскости, нежели у всех демократических партий, включая и некоторые “зеленые” партии.

 

Левый биоцентризм

 

Мой глубокий интерес к этому движению вызван не только неясностями и противоречиями, которые я нашел в самой платформе глубинной экологии, но так же и моим увлечением (с середины 80-х) теоретическим направлением внутри этой платформы, т. н. “левым биоцентризмом” или “левым экоцентризмом”*. Левый биоцентризм является де факто “левым крылом” глубинной экологии, акцентирующим ее радикализм и противостоящим любому “приспособлению” к индустриально-капиталистической системе. (См. на нашем вебсайте десять пунктов Устава левых биоцентристов, выработанных в результате длительных дискуссий, начиная с 1998 г.)

 

* Автор смешивает два понятия, имеющие принципиальные отличия – ред.

 

Были и другие, вставшие на путь левого крыла глубинной экологии, например, Ричард Сильван (“Темнозеленая теория”), Джуди Бари (“Революционная экология”), Эндрю Маклафлин (“Радикальный экоцентризм”) и Рудольф Бахро (“Зеленый фундаментализм”).

“Левый” в терминологии левых биоцентристов (left bios) означает антииндустриальное и антикапиталистическое, но не обязательно социалистическое, направление развития общества. Индустриальное же общество может иметь либо капиталистическое, либо социалистическое обличье. Некоторые биоцентристы придерживаются социалистических взглядов, но не все. Все лефтбиос поддерживают восемь пунктов Платформы глубинной экологии, составленной Арне Наэссом и Джорджем Сешнсом, и рассматривают их как основополагающие принципы движения за глубинную экологию. “Левый уклон” биоцентристов означает их озабоченность классовыми вопросами и социальной справедливостью, но не ставит социальные вопросы выше биоцентрических, или экоцентрических принципов (как это делают левые партии).

Левые биоцентристы противостоят тем, кто ставит вопросы социальной справедливости выше проблем Земли и всех ее существ (землян). К животным, растениям и экосистемам следует относиться с теми же моральными нормами, что и к людям.

Теория труда предполагает, что у природы нет стоимостного выражения, пока люди не затратят на нее труд. Но для биоцентристов природа имеет самостоятельную ценность. Природа – главный источник богатства человека, а не труд. Положительные идеи, высказываемые левыми партиями, принимаются биоцентристами и входят в их круг проблем, например, борьба за социальную справедливость.

Активист и социальный эколог Джон Кларк написал в третьем издании (2001) книги “Философия природы”: “От прав животных к радикальной экологии”, о левом биоцентризме как “общей почве” социальной и глубинной экологии. Кларк отмечает, что левый биоцентризм соединяет теоретические положения глубинной экологии с радикальной антикапиталистической и  децентралистской политикой.         

 

Основные идеи глубинной экологии

 

Большинство людей, симпатизирующих глубинной экологии, пришли к ней в результате интеллектуального размышления, т. е. путем посещения лекций, чтения книг или разработки совершенных и непротиворечивых философских  положений.

Те, кто поддерживают глубинную экологию, ассоциируют себя со всеми существами; они видят, как этот мир разрушается и стремятся этому препятствовать; они считают, что несмотря на важность человеческих проблем, последние гораздо менее значимы по сравнению с угрозой разрушения природы. Литература по глубинной экологии приносит наибольшую пользу тем, кто уже в некотором роде “мыслит как гора” и основывает свои убеждения на эмпирическом опыте.

Путь глубинной экологии – самоконтроль, а также уменьшение контроля со стороны индустриально-капиталистического общества над личностью.

Идеи глубинной экологии приобретают все большую популярность. Как заметила одна “зеленая” активистка после ознакомления с глубинной экологией: “В ней – все, во что я верила, но не могла выразить словами” (Шэрон Лабчук, Остров Принца Эдварда, цитируется по книге Тима Фальконера, “Сторожевые псы и оводы: активизм – маргинальный и обычный”, с.130).

 

Платформа глубинной экологии

 

Философская платформа глубинной экологии была впервые сформулирована в 1973 г. в статье норвежского философа Арне Наэсса под названием “Поверхностная и глубинная, долгосрочная экология: Итоги”.

“Поверхностная” означает философию, согласно которой главные экологические проблемы могут быть разрешены в рамках существующего индустриального капиталистического общества. Другой термин, который я использую для “поверхностной” экологии, это “управленческое природопользование”.

“Устойчивое развитие” представляет для меня современное идеологическое обрамление “поверхностной” экологии. В свое статье Наэсс определяет движение за “поверхностную экологию” таким образом: “Борьба против загрязнения и уменьшения ресурсов. Главная цель борьбы: здоровье и благополучие развитых стран Запада”.

“Глубинная” означает философию, которая задает глубокие вопросы и не довольствуется поверхностными дискуссиями и борьбой. Глубинная ориентация признает, что индустриальное капиталистическое общество привело к угрожающему экологическому кризису глобального масштаба.

Сегодня “сердцем глубинной экологии” (Эндрю Маклафлин) можно назвать восемь пунктов платформы глубинной экологии, разработанной Арне Наэссом и Джорджем Сешнсом в 1984 г. Эта платформа получила широкое признание среди приверженцев данного философского направления. Она носит довольно абстрактный характер и не предписывает никаких конкретных действий в конкретных ситуациях, но требует, чтобы активисты сами задумывались о своих действиях.

Глубинная экология не говорит об “использовании” природы людьми.

В платформе говорится, что все формы жизни имеют свою внутреннюю ценность, не зависящую от человеческих целей. Вводится, но не определяется концепция “жизненно важных потребностей”. Маршалл Салинс в своей книге “Экономика каменного века” (1972) писал:

“Для удовлетворения потребностей есть два пути. Желания можно легко удовлетворить либо путем большего производства, либо отказавшись от значительной их части. Отказ от желаний и есть путь глубинной экологии, что предполагает также меньшую степень контроля индустриальной капиталистической системы над личностью. Общество потребления, запустив машину иллюзорного роста, изобрело целые отрасли производства, направленные на разжигание потребностей индивидуума и представляющих их как “жизненно важные” Принцип ненасилия также весьма важен для некоторых сторонников этой философии. Платформа настаивает на уменьшении количества населения. Сторонники глубинной экологии подчеркивают, что это возможно сделать без насильственных мер. Изменить Платформу или развить ее положения не представляется (в настоящее время) целесообразным.

По своей природе глубинная экология сложна для восприятия и концептулизации – это качество сознательно было встроено в ее философию. Наэсс подчеркивает, что как точность выражения, так и его туманность – оба качества важны для философа. Это сделано для того, чтобы дать возможность последователю глубинной экологии самому определить ее роль. “Быть великим философом – значит, думать предельно точно, но не объяснять все следствия, вытекающие из твоих идей. Это должны сделать другие, если они вдохновятся твоими идеями” (Арне Наэсс, “Больно ли думать?”, с. 98).

К сожалению, на некоторые ключевые вопросы платформа глубинной экологии не дает ответа.

Глубинная экология не раскрывает проблему “использования” природы человеком.

Как мы должны “использовать” мир? Какой процент населения планеты должен остаться для того, чтобы другие формы жизни продолжали развиваться? Какой должен быть образ жизни у людей?

Еще одна проблема, не рассматриваемая глубинной экологией, это тип экономики и социальные отношения между людьми.

В настоящее время глубинная экология не определила новой политической или экономической системы в рамках своей идеологии. В данной философии подчеркивается, что “перемены” должны происходить на индивидуальном уровне, не коллективном и не социальном. Глубинная экология признает, что только путем развития индивидуального сознания и личных перемен можно войти в новый мир.

Некоторые идеи глубинной экологии носят противоречивый характер и не во всем согласуются с теоретическими построениями других философов, включая левых биоцентристов. Каковы будут социальные, экономические и политические следствия из глубинной экологии – предстоит еще выяснить.

 

Три главные идеи

 

Из всех идей глубинной экологии следует особенно выделить три: (1) этика, выходящая за рамки антропоцентризма; (2) необходимость новой духовности в отношении с природой и (3) оппозиция идее “частной собственности” в природе.

Люди не обладают привилегированным положением в природе. Это центральный пункт глубинной экологии. Как биологический вид, мы являемся всего лишь одним из представителей биологического сообщества. Для глубинной экологии отсутствует иерархия организмов с верховенством человека. Природа не рассматривается как “ресурс” для человека. Мы должны делить эту планету наравне с другими формами жизни. В нашей культуре приоритет человека считается чем-то само собой разумеющимся. Например, здесь, в Новой Шотландии, деревья, рыба и т. п. считается лишь “ресурсами”. Индустриальное лесопользование рассматривает насекомых как “вредителей”. Деревья считаются “старыми” или “перезревшими”, если не подходят для целей изготовления мебели и пр. Мораль имеет лишь человеческое измерение в антропоцентричном мире.

Для того, чтобы остановить экологический Армагеддон и предотвратить последующую социальную катастрофу, необходимы глубокие перемены в нашем отношении к земле. Это означает ресакрализацию природы. Земля должна рассматриваться как живой организм, а мы как ее часть. Будущее общество, для которого здоровье Земли является главным приоритетом, будет организовано на основе экоцентрической морали, духовности и священности жизни, оно не будет основано на экономике. Точнее, у него будет другая экономика. Ресакрализация Земли связана с духовностью, но не означает установление какой-либо новой институциональной религии. Индустриальный капитализм, заинтересованный в использовании ресурсов Земли, всячески старается приуменьшить духовность Земли. Эта серьезная проблема для политики “зеленых” в XXI веке.

Не Земля принадлежит нам, а мы – ей. Мы – ее дети. Один из биологических видов (люди) не может “владеть” всей Природой. Следует радикально изменить странные социальные условности, принятые людьми. Я уже писал о “праве пользования” в отличие от права частной собственности на природные богатства. Это значит, что у человека существует “право пользования”, но он несет ответственность перед сообществом, которое гораздо шире человеческого. Природа должна оставаться общим достоянием и не подлежит приватизации.

 

Выводы

 

Несмотря на существующие противоречия и неполноту, глубинная экология представляет собой основу для альтернативных индустриальному капитализму теорий. Они будут развиваться, и нам всем хватит работы.

 

Вебсайт Дэвида Ортона:

http://home.ca.inter.net/~greenwed/

 

 

Перевод В. Постникова.